чи не достигали черных вод Ахерона. Река была темна, темна как ночь.
   - Говорят, что в старину,- заговорил Горгиу, стоя сбоку от меня,- здесь работал лодочник, отвозивший мертвых в ад.
   Я пристально взглянул на старика.
   - Что, прямо здесь?
   Горгиу указал на ущелье.
   - Вот отсюда он отплывал.- Он взглянул на меня.- Но теперь, разумеется, святая церковь хранит нас от злых духов.
   Он поспешно отвернулся и пошел дальше. Я бросил последний взгляд на воды Ахерона и последовал за ним.
   Почва под ногами становилась все более ровной. Скалы уступали место траве, и где-то впереди замаячили огоньки.
   - Деревня? - спросил я у Горгиу.
   Он кивнул. Но, как оказалось, нашим местом назначения была едва ли даже деревушка - просто несколько захудалых лачуг и крошечная гостиница. За гостиницей была видна развилка дороги.
   - Янина,- сказал Петро, указывая на одно из ответвлений.
   На дороге не было никакого указателя, но зато там торчал целый лес кольев, наподобие того, что один из наших охранников нашел в горах. Я объехал гостиницу, чтобы рассмотреть их поближе, но Никос, увидев колья, вцепился мне в руки.
   - Нет,- прошептал он с отчаянием,- нет, не ходите туда.
   Его мелодичный и мягкий, похожий на женский, голос очаровывал меня. Но прежде чем развернуть лошадь, я, к своему облегчению, успел заметить, что никаких зловещих украшений на кольях не было.
   Комнаты в гостинице выглядели крайне убого, но после наших скитаний по горам и зрелища мрачного Ахерона я почувствовал себя словно в раю. Хобхауз, как обычно, ворчал, недовольный жесткой кроватью и рваным бельем, но не стал спорить со мной, когда я сказал, что это все же лучше, чем лежать в могиле, поэтому ужин застал нас в хорошем расположении духа. Поев, мы отправились на поиски Горгиу. Мы обнаружили его сидящим у очага и точившим свой нож. Длинное страшное лезвие сразу же напомнило