в конечном счете обречено на смерть.
   Лорд Байрон замолчал и нахмурился.
   - Я всегда верил в это.- Он глухо рассмеялся.- И я полагаю, что это правда. Не может быть жизни без смятения или страсти.
   Он вздохнул и вновь взглянул на Ребекку.
   - После моих слов, я думаю, вы поймете мои чувства к Гайдэ и причины моих поступков. Ибо я всегда считал, и считаю так по сей день, что подавлять в себе порывы значит убивать свою душу. Поэтому, когда Вахель-паша, сказав, что скоро покинет Тапалин со своей рабыней, пригласил меня к себе, я согласился. Хобхауз был взбешен и поклялся не ехать со мной; даже Али загадочно нахмурился и покачал головой, но я стоял на своем. В конце концов мы договорились, что поедем с Хобхаузом по янинской дороге, а дальше разделимся: он двинется в Амбракию, а я останусь в Ахероне. И встретимся через три недели в Миссолунги, в городке на южном побережье.
   Лорд Байрон снова нахмурился.
   - Очень романтично, как вы видите, но вскоре я понял, что не только моя страсть толкает меня туда. Он покачал головой.
   - Нет, была и другая причина для моего визита в Ахерон. Ночью, перед отъездом Вахель-паши, мне снова привиделся странный сон. Во второй раз я очутился среди руин, но уже не маленького, а большого города, и, куда бы я ни посмотрел, везде были запустение и упадок, разрушенные ступени тронов и храмов, какие-то развалины, высвеченные бледным светом луны, в которых обитали только совы и шакалы. Даже гробницы были раскрыты и пусты, и я знал, что в этом огромном Царстве разрухи живых, кроме меня, нет.
   И я вновь почувствовал когти паши, вонзающиеся в мое горло, его язык, слизывающий мою кровь. Затем я увидел его светящийся бледный контур среди кипарисов и камней и последовал за ним. Невероятно древним казался мне паша - как и город, он нес в себе мудрость веков и тайны смерти. Вдали возникла какая-то гигантская тень. "Следуй за мной",-