- Ему
  все равно. Здесь оставлять его нельзя. Немцы решат, что он
  сорвался с обрыва. Край-то вон какой ненадежный... Взгляни, нет
  ли при нем документов. Как знать, может, они нам понадобятся.
   -- Не больше, чем ботинки. -- Протянув руку в сторону
  щебенистой осыпи, Андреа объяснил: -- По таким камням в носках
  далеко не уйдешь.
   Пять минут спустя Мэллори трижды дернул за бечевку. Те,
  кто находился внизу, трижды подергали в ответ. Мэллори потравил
  прочную веревку со стальным сердечником.
   Первым следовало поднять ящик с взрывчаткой. Привязав
  небольшой груз к концу веревки, капитан спустил ее на выступ.
  Хотя ящик и был обложен со всех сторон рюкзаками и спальными
  мешками, под порывами ветра он с размаху ударялся об утес. Но
  ждать, когда амплитуда колебаний уменьшится, было некогда.
  Надежно застрахованный веревкой, обмотанной вокруг огромного
  валуна, наклонясь далеко над краем утеса, Андреа легко, словно
  спиннингист -- форель, тащил вверх двухпудовый груз. Меньше чем
  три минуты спустя ящик с взрывчаткой был наверху; минут пять
  спустя рядом с ним лежали взрывная машинка, автоматы и
  пистолеты, завернутые в спальные мешки, а также палатка: белая
  с одной стороны, коричнево-- зеленая с другой.
   В третий раз исчезла в темноте, заливаемой дождем,
  веревка. В третий раз тянул ее вверх Андреа, перехватывая ее
  руками. Мэллори