? На командном пункте я
  помалкивал. Ведь это меня Торранс и его парни хотели сбросить
  на Навароне без парашюта. И я их не осуждаю. Но у меня не было
  иного выхода.
   Громадный "хамбер" начал сбавлять скорость, бесшумно катя
  мимо скособоченных лачуг и домишек западного предместья
  Александрии. Впереди на свинцовом небе появилась светлая
  полоска.
   -- Вряд ли из меня получится парашютист, -- с сомнением
  сказал Мэллори. -- По правде говоря, парашюта я и в глаза не
  видел.
   -- Не переживай, -- заметил Дженсен. -- Парашют не
  понадобится. Способ, каким ты попадешь на Навароне, будет много
  труднее.
   -- Но почему выбрали именно меня, сэр? -- спросил Мэллори.
  Он ждал, что скажет Дженсен еще, но тот молчал, наблюдая за
  дорогой, испещренной воронками.
   -- Струсил? -- усмехнулся Дженсен и круто повернул руль,
  чтобы объехать глубокую яму, затем снова выправил машину.
   -- Конечно, струсил. Вы таких страстей наговорили, сэр,
  что любой струсит. Но я имел в виду другое.
   -- Я так и понял. У меня с чувством юмора плохо. Почему
  именно ты? Да потому, что у тебя для этого все данные, дружище.
  Ты первоклассный подрывник, умелый организатор. Проведя полтора
  года на Крите, ты не получил ни одной царапины. Это
  убедительное подтверждение, что ты способен выжить на
  захваченной противником территории. Узнав, каким досье