раз Мэллори попытался
  самортизировать его. И все равно фонарь угодил чуть пониже
  виска, так что в голове загудело. Спустя несколько мгновений
  капитан с усилием поднялся. Вся правая щека горела словно в
  огне, все перед глазами поплыло.
   -- Мы ведем честную игру! -- тяжело дышал офицер, едва
  сдерживая ярость. -- Женевскую конвенцию соблюдаем. Но
  конвенция распространяется на солдат, а не на подлых убийц и
  шпионов...
   -- Мы не шпионы! -- оборвал немца Мэллори. Голова у него
  раскалывалась на части.
   -- Почему ж вы тогда не в форме? -- требовательно спросил
  офицер. -- Повторяю, вы шпионы. Мерзкие убийцы, которые наносят
  удар в спину и режут людям глотки! -- голос немца дрожал от
  гнева. Возмущение его было неподдельным.
   -- Режут глотки? --недоумевающе спросил Мэллори. -- О чем
  вы, черт побери?
   -- Моего вестового зарезали. Совсем мальчишку. Он был даже
  не вооружен. Всего час назад мы нашли его с перерезанным
  горлом. Да что с вами разговаривать! -- Немец умолк, увидев
  двух человек, поднимающихся по лощине. Постояв мгновение,
  проклиная судьбу, по милости которой пути несчастного
  посыльного и Панаиса пересеклись -- кроме него сделать это
  некому, -- Мэллори проследил за взглядом офицера. Напрягая
  зрение, он рассмотрел согнутую фигуру, бесцеремонно
  подталкиваемую немцем, вооруженным