тановки в тот же день, когда
  немцы осуществят налет на Керос, не может быть простым
  совпадением. Ко всему, возможность убежать из плена зависит от
  того, в какой мере Андреа удастся убедить немцев, что он тот,
  за кого себя выдает, и от сравнительной свободы, которую при
  этом получит. Совершенно определенно, именно сообщение о планах
  эвакуации гарнизона острова Керос перевесило чашу весов в его
  пользу в глазах Турцига. А то, что операция, по словам Андреа,
  будет осуществлена в субботу, придаст словам грека особый вес,
  поскольку именно в этот день, согласно первоначальным
  сведениям, имевшимся в распоряжении у Дженсена, немцы
  осуществят налет на остров. Очевидно, агенты Дженсена были
  дезинформированы германской контрразведкой, которая понимала,
  что приготовления к операции скрыть невозможно. Наконец, не
  сообщи Андреа обер-лейтенанту об эсминцах, ему не удалось бы
  убедить немца, что он действительно немецкий прихвостень. Дело
  кончилось бы тем, что всех их вздернули бы в крепости Навароне,
  орудия остались бы целы и невредимы и в конце концов пустили бы
  британские эсминцы ко дну.
   Мыслей было столько, что голова раскалывалась. Вздохнув,
  Мэллори перевел взгляд на остальных двух своих товарищей. Браун
  и успевший прийти в сознание Миллер сидели выпрямясь, со
  связанными сзади руками, и порой наматывали головой, словно
  пьяные.