-- Неужели? -- оживился Шкода. -- Может, в Бернских
  Альпах? До войны я часто там бывал...
   -- Вспомнил! -- Лицо Мэллори просветлело. Он сознавал всю
  рискованность затеянной им игры, но нужно во что бы то ни стало
  отвлечь внимание от Андреа, тут оправдан любой шаг. Сияя
  улыбкой, Кейт смотрел на гауптмана. -- Это было месяца три
  назад, в Каирском зоопарке. Там я увидел степного канюка,
  привезенного из Судана. Канюк, правда, старый и паршивый, --
  извиняющимся тоном добавил Мэллори. -- Но такая же длинная шея,
  острый клюв, плешивая голова...
   При виде искаженной злобой, с оскаленными зубами,
  физиономии гауптмана Мэллори отшатнулся. Не рассчитав в гневе
  силы удара. Шкода промахнулся и едва не потерял равновесие.
  Спустя мгновение гауптман взвыл от боли: тяжелый ботинок
  новозеландца угодил ему чуть выше колена. Не успел немец
  коснуться пола, как упруго, точно кошка, вскочил, сделал шаг,
  но ушибленная нога подвернулась, и он рухнул наземь.
   На мгновение в комнате воцарилась тишина. Все словно
  окаменели. Опираясь о край громадного стола, Шкода с трудом
  поднялся. Он часто дышал, белые губы сжаты в прямую линию, на
  пергаментном лице алеет след от сабельного удара. Не глядя ни
  на Мэллори, ни на остальных присутствующих, гауптман со
  зловещей неторопливостью двигался вокруг стола. Скользя по его
  обитой