елодию. Шкода
  подошел к Миллеру. -- Что скажешь ты, мой друг?
   -- У меня с памятью в порядке, -- непринужденно ответил
  янки. -- Капитан все перепутал.
   -- Вот и молодчина, -- промурлыкал Шкода. В голосе его
  прозвучала нотка разочарования. -- Продолжай, друг мой.
   -- Очень уж ненаблюдателен капитан Мэллори, -- растягивая
  слоги, продолжал Дасти. -- В зоопарке мы с ним были вместе.
  Клевещет он на благородную птицу. То был вовсе не канюк, а
  стервятник.
   На мгновение улыбка с лица Шкоды исчезла. Затем появилась
  вновь -- неживая, холодная, словно приклеенная.
   -- Очень остроумный народ подобрался, вы не находите,
  Турциг? Просто группа конферансье из мюзик-холла. Пусть
  повеселятся, пока палач не надел им пеньковый галстук на шею...
  -- Бросив взгляд на Кейси Брауна, гауптман спросил; -- Может,
  ты ответишь?
   -- Ответишь, если себя в очко отметишь, -- прорычал Браун.
   -- В очко? Не знаю такого выражения, но, полагаю, ничего
  для себя лестного я тут не найду. -- Достав из плоского
  портсигара сигарету. Шкода постучал мундштуком по ногтю. --
  Гм-м-м. Не скажу, что они чересчур покладисты. Как вы находите,
  обер-лейтенант?
   -- Этих людей не заставишь говорить, -- с твердой
  уверенностью произнес Турциг.
   -- Возможно, возможно, -- невозмутимо ответил Шкода. -- И
  все-таки я получу необходимую мне информацию.