лел силуэт горы Костос.
  Южный ветер принес тепло, и на склонах начал таять снег.
  
   Глава одиннадцатая. СРЕДА. 14.00--16.00
  
   Весь день группа пряталась в густых зарослях среди
  приземистых, сучковатых рожковых деревьев, прилепившихся к
  предательски осыпающемуся под ногами каменистому участку холма,
  который Лука называл "Чертовым пятачком". Хотя и ненадежное и
  неудобное, но это все-таки укрытие, где можно спрятаться и с
  успехом обороняться. С моря тянет легкий бриз, нагреваемый
  раскаленными скалами южного склона. Деревья защищали людей от
  лучей солнца, висевшего с утра до вечерних сумерек в
  безоблачном небе. В довершение всего взорам их предстало
  незабываемое зрелище сверкающего мириадами солнечных бликов
  Эгейского моря.
   Поодаль, слева, сливаясь с блеклой дымкой голубых и
  сиреневых тонов, к невидимому горизонту уходила цепь островов
  Лерадского архипелага. Ближе всех -- подать рукой -- Майдос. На
  солнце белыми пятнами вспыхивали рыбачьи мазанки. А по этому
  узкому проливу через сутки с небольшим должны пройти корабли
  британского флота. Направо, еще дальше нечеткие очертания
  турецкого побережья, оттененного громадой Анатолийских гор и
  изогнутого наподобие ятагана в северном и западном
  направлениях. Прямо на севере, далеко в голубизну Эгейского
  моря, острием копья выдавался мыс Демирджи.