небес прямо на
  рощу.
   -- Не трогать его! -- закричал Мэллори. -- Не стрелять!
   Опустив закрылки, "юнкере" нацелился в середину рощи.
  Никакая сила не может его остановить, а попади в него случайно,
  рухнет им на голову. И так плохо, и этак нехорошо. -- Закройте
  руками головы, головы к земле!
   Сам он своему совету не последовал, следя как завороженный
  за падением бомбардировщика. Пятьсот... Четыреста... Триста
  футов... Крещендо могучего двигателя больно давило на
  барабанные перепонки. "Юнкерс" круто взмыл, выходя из пике.
  Бомбы под фюзеляжем не было.
   Бомба! Мэллори сел, щурясь на голубизну неба. И не одна, а
  целая дюжина! Бомбы летели кучно, чуть ли не касаясь друг
  друга. Вонзились они в самую середину рощи, разнося в щепы
  узловатые приземистые деревца, ломая ветки и закапываясь по
  самые стабилизаторы в щебенистую почву... Зажигалки! Мэллори
  подумал, что немцы пожалели своих врагов, не став швырять
  полутонные фугаски, но тут ожили, забулькали, зашипели,
  разбрызгивая вокруг сверкающую массу горящего магния,
  зажигательные бомбы, осветившие полумрак рощи. Через несколько
  секунд ослепительное пламя сменилось облаками зловонного
  черного дыма, сквозь который прорывались дрожащие красные языки
  пламени. Сначала небольшие, они мигом побежали вверх по
  смолистым стволам. И вот уже целые деревья