миллиметров. Это был не бой, а подлое убийство.
   Опешившие, не успев ничего сообразить, солдаты падали,
  дергаясь, словно марионетки, управляемые сумасшедшим
  кукловодом. Одни там и лежали, где настигла их пуля, другие,
  нелепо размахивая руками и ногами, будто у них нет суставов,
  скатывались по крутому склону. Лишь двое остались стоять,
  изрешеченные пулями. На безжизненных лицах застыло изумление. В
  следующее мгновение, словно нехотя, оба рухнули на каменистую
  почву. Прошло целых три секунды, прежде чем горстка уцелевших
  -- те, кто оказался недалеко от обоих флангов, где не успели
  сомкнуться огненные шквалы, -- поняла, что происходит, и упала
  навзничь, ища укрытия и не находя его.
   Неожиданно, словно отсеченный ножом гильотины, бешеный
  стук автоматов смолк. Странное дело, но внезапно наступившая
  тишина угнетала и оглушала пуще недавнего грохота. Мэллори
  переменил положение, под локтями скрипнул гравий. Посмотрев на
  двух своих товарищей, лежавших справа от него, капитан увидел
  бесстрастное лицо Андреа, влажный блеск в глазах Луки. Услышал
  слева ропот: горько опустив уголки рта, американец, не
  переставая, бранился. Время от времени он с силой опускал кулак
  на острые камни, не чувствуя при этом боли.
   -- Еще одного, Господи, -- твердил янки словно молитву. --
  Все, что я прошу у тебя. Еще одного...
   -- Что с тобой,