он, обращаясь к Миллеру. -- А другой -- допотопный
  бельгийский самолет. Мы их "брегетами" прозвали. -- Андреа
  прикрыл глаза ладонью, как козырьком, чтобы как следует
  разглядеть самолеты, летевшие почти у них над головой. -- А
  я-то думал, они все уничтожены во время вторжения немецких
  войск.
   -- И я тоже, -- отозвался Мэллори. -- Видать, собрали с
  бору по сосенке... Вот оно что! Засекли нас. Кружить начали. Но
  на кой бес понадобились немцам эти летающие гробы?!
   -- Не знаю и знать не хочу, -- живо отозвался Миллер,
  успевший выглянуть из-за валуна. -- Знаю одно: немцы уже
  наводят на нас эти чертовы пушки. А когда смотришь прямо им в
  дуло, они выглядят гораздо внушительнее телеграфных столбов.
  Так, говоришь, швыряют осколочные мины?.. Тогда надо убираться
  к чертовой матери, шеф.
   План действий немцев на остаток этого ноябрьского дня был
  понятен. Они затеяли игру в казаки-разбойники, в прятки со
  смертью. Игра будет происходить среди лощин и иссеченных
  расселинами камней Чертового пятачка. А нити игры в руках
  пилотов этих машин, которые кружат над головами тех, за кем
  охотятся немцы, наблюдая за каждым движением группы и сообщая
  разведданные расчетам минометов, установленных на дороге,
  идущей вдоль побережья, и роте Альпийского корпуса. Солдаты
  поднялись вверх по лощине над рожковой рощей, как