ти. По закону больших чисел
  полоса неудач, преследующих их группу с момента высадки на
  остров, должна кончиться. Так и должно быть, это только
  справедливо, что группа наконец-то здесь. И все-таки, покинув
  мрачное ущелье, где они оставили Стивенса на погибель, они
  попали в этот скособоченный домишко, выходящий на восточную
  сторону городской площади Навароне, так скоро и так просто, что
  ум отказывался верить, что это действительно произошло.
   Правда, в первые четверть часа обстоятельства складывались
  не вполне удачно. Едва группа вошла в пещеру, раненая нога
  подвела Панаиса. Грек рухнул на землю. Достается бедняге,
  подумал тогда Мэллори, увидев кое-как забинтованную ногу
  Панаиса. Но в полутьме невозможно было определить, насколько
  велики страдания раненого. Панаис умолял капитана разрешить ему
  остаться. Дескать, он задержит егерей, когда те покончат со
  Стивенсом и доберутся до конца ущелья. Но Мэллори осадил грека.
  Он грубо заявил, что Панаис слишком ценен, чтобы бросать его на
  произвол судьбы. Кроме того, сомнительно, чтобы немцы нашли
  именно эту пещеру среди десятка других. Мэллори досадовал на
  себя за столь резкий тон, но времени на увещевания не было.
  По-видимому, Панаис это понял и не стал возражать, когда
  Мэллори и Андреа подняли его и, поддерживая с боков, помогли
  ему преодолеть пещеру. Капитан заметил,