у, Дасти
  посветил фонарем. -- А вот этот взрыватель ни к черту не
  годится. Выведен из строя, -- добавил он негромко. Часовой
  механизм исправен, а контактный рычаг отогнут назад. Механизм
  будет тикать хоть до второго пришествия, но от него даже шутиха
  не загорится.
   -- Какого черта...
   -- Вещдок номер два, -- продолжал Миллер, словно не слыша
  капитана. Открыв коробку с детонаторами, бережно извлек капсюль
  из фетрового гнезда, выложенного ватой, и поднес его к самым
  глазам. Потом поглядел на Мэллори. -- Гремучая ртуть, шеф.
  Всего семьдесят семь гранов, но пальцы оторвет напрочь. И
  притом страшно чувствительное устройство. Легкий щелчок, и
  взорвется. -- Янки разжал пальцы, и капсюль упал на пол.
  Инстинктивно зажмурясь, Мэллори отпрянул, когда американец изо
  всей силы топнул по капсюлю тяжелым каблуком. Однако взрыва не
  последовало. -- Тоже ни к черту не годится, верно, шеф? Ставлю
  сто против одного, что и остальные не лучше. -- Он извлек из
  кармана пачку сигарет, закурил, посмотрел, как вьется дымок у
  пламени свечи, и затем убрал в карман пачку.
   -- Ты хотел еще что-то показать мне, -- негромко заметил
  Мэллори.
   -- Да, я хотел показать тебе и еще кое-что, -- голос Дасти
  прозвучал ласково, но по спине у Мэллори пробежал холодок. -- Я
  хотел тебе показать шпиона, предателя, самого злобного,
  хитрозадого и двуличного