. Осмотрел как следует -- насколько
  представлялось возможным в полумраке. Размеры орудий потрясали.
  Немыслимо толстые в обхвате стволы. Немыслимо длинные, они
  терялись где-то в ночи. Флотские специалисты считали эти пушки
  девятидюймовками, полагая, что из-за тесноты пещеры можно
  запросто переоценить их подлинные размеры. Он повторил калибр
  вслух. Таких пушек он в жизни не встречал. Двенадцатидюймовые,
  не меньше! Не просто большие, а чудовищные пушки! Что за
  безмозглые болваны послали "Сибарис" против этих динозавров...
   Поток его мыслей оборвался. Положив руку на могучий лафет,
  Мэллори замер, пытаясь сообразить, что за звук вернул его к
  действительности. Закрыл глаза, чтобы сосредоточиться. Но звук
  не повторился. Неожиданно до него дошло, что потряс его вовсе
  не звук, а тишина. Это она прервала его мысли и зазвучала в нем
  колокольчиком: под ними, в центре города прекратилась
  автоматная стрельба.
   Мэллори обругал себя. Размечтался! А время истекает.
  Андреа отступил. Теперь, надо думать, немцы вот-вот обнаружат,
  что их обвели вокруг пальца. Тогда они примчатся. Понятно, худа
  они кинутся. Движением плеч Мэллори скинул ранец. Достал
  свернутую бухтой тридцатиметровую армированную веревку с
  металлическим сердечником. Для запасного варианта отхода. Об
  этом нельзя забывать.
   Накинув моток веревки на руку, осторожно