роты, когда
  корабль оказался в спокойных водах Родосского пролива, не в
  силах был нарушить этот глубокий, как бездна, сон.
  
   Глава третья. ПОНЕДЕЛЬНИК. 07.00--17.00
  
   -- Дружище, в какое положение вы меня ставите? -- произнес
  офицер, похлопывая стеком с ручкой из слоновой кости по
  безукоризненно отутюженным брюкам, и ткнул носком начищенного
  ботинка в сторону допотопного двухмачтового каика,
  пришвартованного кормой к еще более дряхлому деревянному
  причалу, на котором они стояли. -- Готов со стыда сгореть.
  Клиентам нашей фирмы гарантирован самый лучший товар.
   Мэллори скрыл улыбку. Со своим изысканным произношением,
  аккуратно подстриженными усами, отлично сшитым мундиром, майор
  Ратлидж был так великолепен среди дикой красоты поросших лесом
  утесов, окружавших бухту, что казался неотъемлемой частью
  пейзажа. Майор был столь непринужден и величественно спокоен,
  что, казалось, скорее бухта, чем майор, здесь лишняя.
   -- Действительно, посудина видала виды, -- согласился
  Мэллори. -- И все же это именно то, что мне нужно, сэр.
   -- Не понимаю. Право, не понимаю. -- Сердитым, но
  выверенным ударом стека майор сбил пролетавшую муху. -- Чего я
  только не доставал для своих клиентов в эти последние
  восемь-девять месяцев: каики, моторки, яхты, рыбачьи лодки --
  все, что угодно. Но никто еще не заказывал