тенант? Пусть вас не мучит совесть.
   Несколько секунд Стивенс молча смотрел на капитана,
  сознавая, что все смотрят на него. В эту минуту он возненавидел
  Мэллори, готов был убить его. И внезапно понял, что ненавидит
  капитана за жестокую логику, заключенную в его словах.
  Посмотрел на свои сжатые кулаки. Мэллори, идол каждого молодого
  скалолаза в довоенной Великобритании, альпинистские подвиги
  которого давали пищу для сенсационных газетных заголовков в
  38-м и 39-м годах. Мэллори, лишь из-за неудачно сложившихся
  обстоятельств дважды потерпевший неудачу при попытке похитить
  Роммеля, лису пустыни, из его собственного штаба. Мэллори,
  трижды отказавшийся от повышения по службе, чтобы остаться с
  критянами, обожавшими его. Все эти мысли пронеслись в мозгу
  Энди. Подняв голову, юноша вгляделся в худощавое загорелое
  лицо, чувственный, словно высеченный резцом рот, густые темные
  брови, нависшие над карими глазами, которые могли быть и такими
  холодными и такими добрыми. И он устыдился, осознав, что не
  сможет ни понять, ни осудить Мэллори.
   -- Прошу прощения, сэр, -- чуть улыбнулся он. -- Как
  выразился бы капрал Миллер, я влез без очереди со своей
  критикой. -- Посмотрев на каик, несшийся к ним с зюйд-оста,
  Стивенс снова почувствовал тошнотворное чувство страха, но
  произнес довольно твердо: -- Я вас не подведу, сэр.