с него не будут
  просто раз в неделю, по средам, стирать пыль, а потом, через несколько
  лет, уронят по небрежности и выбросят осколки ни секунды не
  раздумывая.
   - Я никогда в жизни так не сделаю! - в ужасе воскликнула Нетти.
   - Уверен. И это то, что мне в вас нравится, Нетита.
   У Нетти брови поползли вверх.
   - Откуда вам известно, мое имя?
   - У меня чутье. Я никогда не забываю ни лиц, ни имен.
   Он скрылся за шторой в подсобке, а когда вернулся, в руках у него
  была развернутая картонная коробка и папиросная бумага. Бумагу он
  положил на витринную стойку и свернул из нее некое подобие корсета
  (бумага меняла свою форму, производя при этом таинственные звуки типа
  шр-шр, тс-тс, зек-зек), затем сложил картонную коробку, которая
  оказалась вполне подходящего размера для абажура.
   - Я уверен, вы будете превосходной хранительницей того сокровища,
  которое приобретаете, - приговаривал Гонг. - Поэтому и продаю его вам
  и только вам.
   - Правда? Я думала... мистер Китон... и шутка...
   - Нет, нет, нет! - Гонт полусмеялся-полувозмущался. - Шутку может
  придумать каждый. Люди не без чувства юмора. Но отдать предмет
  человеку, который будет его холить и лелеять... это уже совсем другое
  дело. Мне иногда кажется, Нетита, что я на самом деле торгую счастьем.
  Вы не согласны?
   - Да, - серьезно произнесла Нетти. - Так оно и есть, мистер Гонт.
  Вы сделали меня