Пусть все греховодники Касл Рок поостерегутся, иначе...
   Он уловил какое-то движение в зеркале позади себя, но прежде чем
  успел повернуть голову, был уже сграбастан, сбит с ног и повержен на
  кафельный пол рядом с писсуарами. Голова бумкнулась о стену, фуражка
  слетела, и вот он уже смотрит в круглую багровую рожу Дэнфорта Китона.
  
   - Что же это ты такое вытворяешь, Риджвик?!
   Норрис к этому времени уже начисто забыл о штрафном талоне,
  который подсунул под дворник на ветровом стекле китонского
  "каддиллака" прошлым вечером. Но теперь память к нему вернулась.
   - Отпусти меня! - он надеялся, что тон будет возмущенный, но
  вместо него получилось некое испуганное блеяние, и почувствовал, как
  щекам становится горячо от прилива крови. Сердился он или пугался, - а
  в данном случае произошло и то, и другое - он всегда безудержно
  краснел, как девица на выданье.
   Китон, ростом выше Норриса на пять дюймов и весом тяжелее на
  добрых сто фунтов, хорошенько встряхнул полицейского и как ни странно
  отпустил. Достав из кармана штанов талон, он помахал им под носом у
  Норриса.
   - Если я еще не ослеп, на этой идиотской бумажонке твое имя стоит!
  - зарычал он так требовательно, как будто Норрис уже успел отрицать
  этот факт.
   Кому как не Норрису было знать, что на талоне стоит его подпись,
  отчетливая и заверенная печатью, а сам талон вырван из его книжки?