кого управления. Ведь это всего лишь штраф на пять долларов,
  Дэн, что с тобой, какой бес в тебя вселился?
   Тон у Алана был удивленный и вполне искренний. Умник никогда не
  мог похвастать хорошими манерами, но такой взрыв даже от него трудно
  было ожидать. С самого конца лета он был невероятно раздражен, на
  грани срыва - до Алана частенько доносились его полуистерические вопли
  во время собраний членов городского управления - и в глазах у него,
  казалось, прочно поселилось затравленное выражение. Он временами даже
  задумывался, не болен ли Китон, но решил повременить с окончательными
  выводами. И вот теперь предположение вернулось.
   - Ничего со мной, - буркнул Китон и пригладил взлохмаченные
  волосы.
   Норрис почувствовал некоторое удовлетворение, заметив, что руки у
  Китона дрожат.
   - Я уже просто до ручки дошел от таких самоуверенных ублюдков, как
  вот этот... - Он кивнул на Норриса. - Делаю все, что в моих силах для
  этого города... черт побери, я для этого города уже много сделал... и
  устал как собака, от бесконечных претензий. - Он замолчал, сглотнув
  слюну, и огромный кадык забегал челноком на жирной шее. А потом
  завопил: - Он обозвал меня Умником, а тебе прекрасно, известно, как я
  к этому отношусь!
   - Он извинится, - примирительным тоном произнес Алан. - Правда,
  Норрис, ты ведь извинишься?
   - Не думаю, что должен, - сказал Норрис, чувствуя