е закончилось далеко не все. В
  результате нескольких телефонных звонков напивавшегося до чертиков
  Тэда, Алан стал невольным свидетелем разрыва брачных уз Бомонта, и
  постепенного но необратимого крушения его здоровья. Одновременно и
  параллельно с этими событиями встало под угрозу и состояние нервной
  системы самого Алана. Однажды ему случилось прочесть статью в журнале,
  который он взял в руки в ожидании приема у врача. Статья была
  посвящена черным дырам - огромным пустым небесным пространствам,
  которые, как писали, являлись средоточием антиматерии и алчно
  всасывали в себя все, что попадалось им на пути. Конец лета и осень
  1989 года, посвященные делу Бомонта, стали личной черной дырой Алана.
  Были дни, когда он задавал себе самые простейшие вопросы и затруднялся
  на них ответить. Были ночи, когда он лежал без сна до самого рассвета,
  брезжившего на востоке, и заставлял себя бодрствовать, боялся заснуть
  - на него несся с огромной скоростью черный "торонадо", а за рулем
  этого черного "торонадо" сидел разлагающийся труп, а к заднему бамперу
  черного "торонадо" была приклеена табличка с надписью: СУЧИЙ ЩЕГОЛЬ. В
  те дни достаточно было воробью сесть на перила крыльца или пролететь
  над газоном, как он готов был закричать от ужаса. Если бы Алана
  спросили, он бы ответил: "Когда Энни прихватило, я был не в себе". Но
  этот ответ был бы слишком прост. На самом деле