тут же превращалась в
  почерневший, обугленный ремень, которым был пристегнут его сын.
  
  
   Глава восьмая
  
   1
  
   У Дэнфорта Китона опухоли мозга не было, но головной болью он
  страдал жестокой, когда ранним субботним утром сидел в своем кабинете.
  На столе рядом с кипой налоговых квитанций за 1982-1989 годы лежала
  корреспонденция - письма из Бюро Налоговой Инспекции штата Мэн и копии
  писем, которые он посылал в ответ.
   Последнее время у него все стало валиться из рук. Китон это
  понимал, но ничего не мог поделать с собой.
   Вчера вечером он ездил в Люистон, возвратился в Рок около половины
  первого ночи и до утра мерил шагами свой домашний кабинет, пока его
  жена, выпив снотворное, крепко спала наверху, в спальне. Он обратил
  внимание, что то и дело косит на небольшой гардероб в углу кабинета.
  Там, на верхней полке лежали свитера. Большинство из них были старые и
  тронутые молью. Под ними пряталась деревянная резная шкатулка,
  смастеренная отцом еще до того, как болезнь нависла над ним грозовой
  тучей, отняв память и навыки. В шкатулке хранился револьвер.
   Китон обнаружил, что все чаще возвращается мысленно к револьверу.
  Не для себя, нет - во всяком случае до поры до времени. Для Них.
  Преследователей.
   Без четверти шесть он вышел из дома и поехал тихими рассветными
  улицами к зданию Муниципалитета. Эдди Уорбертон, с метлой в руках и
  сигаретой