думала, что наверняка
  было ошибкой. Это как раз тот момент, который требовал семь раз
  промерить, прежде чем отрезать, чего не случилось с Дюком Шайеном, и
  что повлекло за собой все остальные беды.
   Тогда она присела на свою узкую девичью кровать и задумалась.
  Думала она долго и усиленно. Наконец села к столу и написала матери
  ответное письмо. Оно было совсем короткое, в полстраницы, но писала
  его Полли четыре часа кряду.
   "Я хотела бы вернуться или во всяком случае попытаться это
  сделать, - писала она. - Но я не желаю перемалывать старые кости и
  пережевывать старую жвачку. Не уверена, что чего я хочу - начать новую
  жизнь на старом месте - возможно в принципе, но согласна проверить.
  Поэтому предлагаю: давай некоторое время просто переписываться. Мы с
  тобой, и мы с отцом. Я заметила, что в письмах труднее сердиться и
  выходить из себя, так что давай побеседуем некоторое время таким
  образом, прежде чем встретимся лично".
   Беседовали они с полгода, пока в один прекрасный день, в январе
  1973 года, мистер и миссис Чалмерс не подошли к двери в квартиру
  Полли. Они устроились в отеле Марк Хопкинс, заявили родители, что без
  нее из Сан- Франциско не уедут.
   Полли обдумывала происшедшее, пройдя через всю географию чувств:
  гнев, что они такие самоуверенные, насмешку над тем, каким трудом, с
  потом, выступившим на лбу, и наивностью при этом,