раждена коротким конвульсивным движением и острой разрывной
  болью. На этом все попытки кончились. Полли снова непроизвольно издала
  короткий крик боли и отчаяния.
   - Полли? - послышался встревоженный голос Нетти внизу у лестницы.
  В Касл Рок Нетти привыкли считать слабоумной, но когда дело касалось
  перемен в самочувствии Полли, ум Нетти не подводил. Слишком долго она
  работала в этом доме. чтобы ее можно было провести... но что самое
  главное, она любила Полли. - Ты, правда, нормально себя чувствуешь? -
  настаивала она снизу.
   - Уже спускаюсь, - крикнула в ответ Полли, стараясь, чтобы голос
  звучал весело и беззаботно. Вытащив пальцы из пузырька и склонив к
  нему голову, Полли взмолилась: "Господи, не позволяй ей подняться сюда
  и увидеть как я делаю это!"
   Она опустила голову совсем низко и просунула в горлышко пузырька
  язык. как собака, собравшаяся полакать из миски. Боль, стыд, ужас и,
  самое главное, мрачная тоска, навалились на нее тяжелым грузом.
  Приклеив к кончику языка капсулу, она тянула ее в рот, проглотила,
  теперь уже скорее похожая не на собаку, а на муравьеда, лакомящегося
  любимым блюдом.
   Когда капсула проскользнула в горло, Полли мысленно повторила уже
  знакомую фразу: "Я бы все на свете отдала, чтобы только этому пришел
  конец. Все на свете. Все".
  
  
   4
  
   Святоше Хью сны больше не снились. Последнее время он не засыпал,
  а скорее терял