нал только два
  обстоятельства: мистеру Гонту лучше знать, и сделка не совершена до
  того, как мистер Гонт не сочтет ее совершенной. Вот теперь ему
  предстояло эту сделку совершить. Брайан открыл крышку холодильника.
  Там лежало около десятка довольно больших камней, каждый аккуратно
  завернут в листок из школьной тетрадки Брайана, закрепленный двумя
  круглыми резинками. На каждом листке было крупными буквами написано:
   "Я говорила - оставь меня в покое. Это последнее предупреждение".
   Брайан прихватил один из камней в обертке и пошел по газону к
  дому, пока не оказался не более чем в десяти футах от окна гостиной
  Ержиков - такие окна в шестидесятых годах, когда строился дом,
  назывались экранами. Брайан занес руку с камнем и после недолгих
  размышлений швырнул камень так, как это сделал с мячом Сэнди Куфэкс во
  время седьмой игры Международного Чемпионата. Послышался резкий
  немузыкальный звон, а следом за ним глухой стук, когда камень упал на
  ковер в гостиной и покатился в угол комнаты.
   Эти звуки возымели на Брайана удивительный эффект. Страх исчез,
  как ни бывало, а вместе с ним внутреннее неприятие того, что он
  вынужден был совершить и от чего не мог отказаться ни при каких
  обстоятельствах. Звон разбитого стекла вызвал возбуждение... почти
  такое же, как во сне, когда он грезил о мисс Рэтклифф. Те ощущения
  были детской глупостью,