овой печи. Огромная вмятина в холодильнике. Повсюду
  осколки стекла. В гостиной телевизор, обошедшийся им с Питом в тысячу
  шестьсот долларов, воняет собачьим дерьмом. Кто же это все натворил?
  Кто? Нетти Кобб, вот кто. Мисс Психо 1991. Вильма расплылась в улыбке.
  
   Тот, кто не знал Вильму достаточно хорошо, мог бы посчитать эту
  улыбку нежной, ласковой, доброй. Глаза ее светились внутренним огнем,
  и первый встречный мог бы принять этот свет за признак излишней
  экзальтированности. Но если бы ее в этот момент увидел Питер Ержик, он
  помчался бы со всех ног прочь, куда глаза глядят.
   "Нет" - произнесла Вильма мягко и вкрадчиво. - Нет, милая. Ты не
  поняла. Ты не понимаешь, что значит насолить Вильме Ержик. Ты даже
  представления не имеешь, что значит наступить на хвост Вильме
  Вадловски Ержик". Улыбка ее стала еще шире. "Но ты узнаешь".
   Две магнитные стальные полоски висели на стене над микроволновой
  печью. К ним крепились обычно кухонные ножи. Но теперь сбитые метким
  попаданием Брайана ножи образовали беспорядочную ершистую кучу на
  столе. Вильма взяла самый большой, с белой костяной ручкой и осторожно
  провела вдоль острия лезвия пораненной ладонью, оставляя на нем
  длинный кровавый след. "Я собираюсь научить тебя всему, что тебе нужно
  знать". Зажав нож в руке, Вильма прошла через гостиную, давя с хрустом
  каблуками черных туфель, предназначенных для походов