ли на него.
   - Сфотографируйте меня, - приказал он. Клат и Ситон смотрели на
  него так, как будто он отдал распоряжение на языке племени тумба-юмба,
  зато Норрис тут же развернулся, подбежал к машине Алана и, пошарив на
  заднем сидении, вытащил поляроид, один из двух, какими они
  пользовались для запечатления мест преступлений. Алан собирался на
  ближайшем заседании комитета по ассигнованиям выпросить новый аппарат,
  но теперь все мысли о комитетах и ассигнованиях казались совершенно
  несущественными.
   Норрис вернулся, навел на него объектив и щелкнул. Съемочный
  механизм тихонько зажужжал.
   - Сделай еще один снимок, на всякий случай, - попросил Алан. -
  Вместе с телами. Не хочу, чтобы эти трепачи нудили потом, будто мы
  разорвали цепочку улик. Черта лысого я ее разорву. - Он слышал, что
  говорит голосом старого брюзги, но ничего не мог с собой поделать.
   Норрис еще раз щелкнул аппаратом, зафиксировав положение Алана -
  за границей территории улик - и оба тела рядом со светофором. Алан
  снова осторожно нагнулся и дотронулся пальцами до окровавленной шеи
  женщины, лежавшей сверху. Пульса он, конечно, не обнаружил, но зато
  его прикосновение заставило голову женщины потерять опору, затылок
  соскользнул со столба, и голова запрокинулась. Алан узнал Нетти и
  немедленно подумал о Полли.
   О, Господи, взмолился он в душе. Затем, справившись с эмоциями,