затащу тебя в подсобку и
  буду мучить и колотить, и щипать, пока у тебя глаза на лоб не полезут.
  
   - Пирог был превосходный, - ласково произнес Гонт. - Он напомнил
  мне те пироги, которые когда-то пекла моя мама... а это было очень
  давно.
   Гонт затронул наиболее слабую струнку Нетти - она очень любила
  свою мать, хотя и получала от нее побои, которыми всегда заканчивался
  вечер, проведенный досточтимой леди в пивнушке за углом, а это
  случалось нередко. Тем не менее Нетти слегка успокоилась.
   - Вот и хорошо, - сказала она. - Я очень рада, что он оказался
  вкусным. Но идея, конечно, принадлежала Полли. Она самая добрая
  женщина в мире.
   - Да, - согласился Гонт. - После знакомства с ней я готов в это
  поверить. - Он оглянулся на Розали, но та все еще увлеченно
  разглядывала товары. Тогда он снова повернулся к Нетти. - Знаете, я
  чувствую себя в некотором роде вам обязанным...
   - О, нет, - Нетти снова затрепыхалась. - Вы абсолютно ничем мне не
  обязаны. Поверьте, мистер Гонт, ничем...
   - И все же заходите. Я вижу, вы знаете толк в цветном стекле, и к
  тому же я вам верну коробку из-под пирога.
   - Ну... тогда я, наверное, загляну... во время перерыва. - Глаза
  Нетти говорили о том, что ее уши не верят тому, что слетает с губ.
   - Замечательно, - сказал Гонт и тут же отошел, как будто опасаясь,
  что она вот-вот передумает. Он подошел к мальчикам