одня с утра как планировала, но он напоминал Алану один из тех
  уютных французских ресторанчиков, куда следует повести девушку своей
  мечты, прежде чем завести сладкоречивые разговоры, рассчитанные на то,
  чтобы прямо из-за столика попасть под одеяло.
   Стоило ему проехать чуть дальше, как мысли о магазине исчезли. Он
  проехал еще два квартала и свернул в узкий проулок между приземистым
  кирпичным зданием муниципалитета и дощатым белым, где квартировал
  районный Комитет водных ресурсов. На табличке было обозначено: СТОЯНКА
  ТОЛЬКО СЛУЖЕБНОГО ТРАНСПОРТА.
   Здание муниципалитета своей конфигурацией напоминало букву Г,
  поставленную вверх углом, а внутри нее располагалась автомобильная
  стоянка. Три секции принадлежали КОНТОРЕ ШЕРИФА. Видавший виды
  жучок-"фольксваген" Норриса Риджвика уже притулился в одной из них.
  Алан припарковал свою машину в другой, выключил фары, заглушил мотор и
  потянулся к дверной ручке.
   Тоска, бродившая кругами с тех пор, как он покинул Голубую Дверь в
  Портленде, такими безнадежными но настойчивыми кругами, какими бродят
  волки вокруг костров в приключенческих романах, которыми Алан
  зачитывался в детстве, обрушилась на его душу. Он так и не раскрыл
  дверцу машины и остался сидеть за рулем, прислушиваясь к тому, что
  происходило внутри него в надежде, что скоро пройдет.
   Он проторчал весь день в районном суде Портленда, где выслушал