сильно раскаялся в этом,
  поскольку револьвер сильно оттягивал его легкую летнюю куртку, и воротник
  натирал шею. Его плохому настроению способствовал тот факт, что за время
  его отсутствия кто-то умудрился поставить свою машину как раз на то место,
  где до этого стояла машина Харта, и ему пришлось проехать дальше вверх по
  холму почти до перекрестка, где он нашел свободное местечко.
   Пока он брел обратно к дому Пэгги, он успел искупаться в поту. Харт
  чувствовал себя усталым и слегка раздраженным. Плохонькая лестница на
  второй этаж показалась ему слишком крутой. Дверь, которую он уходя
  прикрыл, сейчас была распахнута. Харт закрыл за собой дверь и запер ее на
  замок. В воздухе стоял запах табака и джина. Когда он проходил мимо двери
  в спальню, он увидел в матовом стекле, что Пэгги все еще лежала на спине,
  но одну руку она положила себе на голову и подтянула одну ногу.
   Харт сглотнул неприятный привкус во рту и прошел на кухню. Там он
  разложил на раковине свои лекарства, налил немного нашатырного спирта и
  разбавил водой. Затем он взял тюбик с нюхательной солью и все это понес в
  спальню, которая была освещена светом из окна.
   - Ну все! Пора вставать, Пэгги!
   Одна из подушек валялась на полу. Харт отпихнул ее ногой в сторону и
  поставил стакан на комод. Потом, держа трубочку с нюхательной солью, он
  нагнулся, чтобы просунуть руку под шею девушки и немного