го как консервная банка, привязанная к собачьему
  хвосту.
   Вот поэтому он и шел сегодня домой пешком, ну и долгий же это путь, мать
  его так; а еще, одному служащему коммунальной службы по имени Бобби Дагас
  придется завтра давать очень длинные и подробные объяснения, если он
  надеется вернуться домой с тем же количеством зубов, с каким явится на
  работу.
   Когда он проходил мимо закусочной у Нэн ко всему прочему пошел мелкий
  моросящий дождь, что отнюдь не улучшило дурного настроения Хью.
   Он спросил Бобби, который каждый вечер по дороге с работы проезжал мимо
  дома Хью, заглянет ли он к Тигру, чтобы пропустить пару кружечек.
   Бобби Дагас сказал, о чем речь, Хьюберт (Бобби всегда называл его
  Хьюбертом), а не Хью - таким идиотским именем. Короче, он сказал, о чем
  речь, Хьюберт, буду как штык около семи, как обычно.
   Поэтому Хью, уверенный, что его подвезут вечером до дому, если он будет
  слегка не в себе, завалился в Тигр без пяти минут четыре (он бы пришел
  гораздо раньше, часа на полтора как минимум, но вот черт, Дика Брэдфорда
  никак не мог найти), и приступил прямо к делу. Так что бы вы думали, пробило
  семь и никакого Бобби Дагаса! Ах ты, так твою, растактак!
   Восемь, девять, полдесятого, и что дальше? А ничего, все то же. Господь
  свидетель.
   Без двадцати десять Генри Бофорт, бармен и хозяин Мудрого Тигра предложил
  Хью оторвать задницу от стула, сделать так, чтобы от него одно воспоминание
  осталось,