ь, чтобы можно было забыть, как его звали - короче, выкатываться. Хью
  вскипел. По справедливости надо признать, что он уже и в самом деле был на
  бровях, но в этот момент все еще играла пластинка с записью недоноска Родни
  Крауэлла.
   - Что я должен делать, по-твоему? - задал он Генри вполне естественный и
  справедливый вопрос. - Сидеть тут и слушать? Ты обязан снять эту пластинку!
  Снять и все, к чертовой матери! Этот ублюдок завывает так, как будто у него
  эпилепсия.
   - Я вижу, ты получил тут не все на что рассчитывал, - сказал Генри. Но
  можешь не сомневаться, больше не получишь. Все остальное доберешь из
  собственного холодильника.
   - А если я скажу нет?! - настаивал Хью.
   - Тогда я позову шерифа Пэнгборна, - спокойно пообещал Генри.
   Остальные посетители Тигра, а их было немного в этот поздний субботний
  вечер, следили за перебранкой с огромным интересом. Со Святошей Хью все
  старались обходиться вежливо, в особенности когда он стоял на бровях, но
  победить в конкурсе на Самого Популярного Парня Касл Рок он был не смог ни
  за что на свете.
   - Мне бы не хотелось, - продолжал Генри. - Но придется. Я уже сыт по
  горло тем, как ты колотишь мои пластинки.
   Хью хотел было сказать, тогда мне придется поколотить тебя самого, ты,
  лягушачий ублюдок. Но тут он подумал о том, как жирная скотина Китон сунет
  ему уведомление об увольнении за драку в местной пивной. Спору нет, если его
  и в самом деле уволят, уведомление придет