дставлял себе, что это возможно, и вот,
  поди ж ты. Темные круги под глазами возвещали о проведенной ею бессонной
  ночи.
   - Вильма, - нерешительно произнес он. - Мне кажется, это не слишком
  разумно, идти сегодня в Прекрасный Отдых. Я уверен, если ты подумаешь...
   - Я уже ночью подумала, - перебила она, обращая на него свой
  пугающе-невидящий взгляд. - Я решила, что после сегодняшнего свидания со
  мной ей придется искать собаку-поводыря, чтобы добираться до собственного
  сортира.
   А если ты, Питер, будешь мне действовать на нервы, то такую собаку вам
  придется покупать обоим от одной и той же немецкой овчарки.
   В отчаянии, не уверенный, что средство поможет, но не в состоянии
  придумать никакого другого для предотвращения грозящей катастрофы. Пит
  достал из бокового кармана в портфеле пузырек с занаксом и бросил одну
  таблетку в кофейную чашку Вильмы. А затем ушел на работу.
   Некоторым образом этот поступок был Первым Причастием Питера Ержика.
   Он провел ужасный день в неведении и вернулся домой, представляя себе
  одну картину страшнее другой (мертвая Генриетта и Вильма за тюремной
  решеткой была самая невинная из всех). Он был потрясен застав Вильму в
  кухне, распевающей песни.
   Пит глубоко вздохнул, слегка приспустил свой щит и спросил Вильму, как
  решился вопрос с Лонгманшей.
   - Она сегодня открыла свое заведение только в двенадцать, а к тому
  времени у меня уже запал иссяк, -