Как с другой
  планеты. Я говорила ему о Прусте, он пробовал читать его, но не смог,
  скучал, читал только книги о сражениях, биографии, военные дневники.
  Вечерами он любил сидеть на этом диване. Смотрели телевизор, ему нравились
  вестерны, он часто держал мою руку в своей, она была сухая, горячая. Я
  подвигалась, клала ему голову на плечо, он обнимал меня. В Этторе было
  что-то нежное, надежное. Я с ним чувствовала себя как за каменной стеной, в
  полной безопасности. Чувство, которое, кажется, я испытывала только в
  детстве, когда с отцом ходила в лес. Я постоянно боялась заблудиться, а он
  говорил: "Не бойся, Анжела, ты крикни меня, и я тут же появлюсь".
   - Синьор Де Пальма считает, что Этторе сопротивлялся, когда на него
  напали.
   - Не знаю, полагаю, что да. Но, может, их было двое? Один попытался
  вырвать чемодан, а другой, сзади, ударил железным ломиком. Могло быть и так,
  правда?
   - Вполне. Квартира на улице Баццини принадлежала ему?
   - Она досталась ему от жены.
   - Хотелось бы посмотреть ее. Когда-то я жил совсем рядом, в доме на углу.
  С детства любовался пальмой. Она еще стоит?
   - Да.
   - Его оазис.
   - Откуда вам это известно? - удивилась Анжела.
   - Мне сказал Капитан. Они ведь были друзья?
   - Я хотела, чтобы они встречались пореже, не перемалывали одни и те же
  истории, меньше копались в своем военном прошлом. Этторе иногда злился.
  Джорджио