и не утверждаю. Он был ее любовником. Но еще и опекуном, и
  защитником, и опорой...
   Они обедали в мягко освещенной комнате, выходившей окнами на улицу Чезаре
  Корренти; торшер с белым абажуром у дивана создавал приятный уют.
   - Ты подозреваешь друзей этого пенсионера?
   - Называть его пенсионером было бы не совсем правильно. При слове
  "пенсионер" представляется старый, дряхлый человек. А он был мужественным
  солдатом, как утверждают все, кто его знал, и не выглядел на свои годы.
   - И что ты намерен делать?
   - Все останется как было, по крайней мере еще несколько дней. Будем
  следить за парнем, которому угрожали. Хочу познакомиться с неким Прандини.
   - Кто он такой?
   - Друг и сослуживец Ринальди, специалист по оружию, точнее, специалист в
  стрельбе по живым мишеням. Дай взглянуть на этикетку этого вина.
   - Это прислал папа из провинции Ла Специи. Очень приятный аромат, не
  правда ли? Амброзио посмотрел бокал на свет.
   - Все друзья Ринальди хорошо владеют оружием.
   - Значит, легко будет выяснить, кто из них смог бы...
   - Стать мстителем? Нет, это сложно. Они не дураки и связаны между собой.
  У них застарелая ненависть ко всему, что не соответствует их убеждениям.
  Считают, что они за закон. Но в их руках закон становится орудием мести. Не
  то что я их не понимаю: слишком много в нашей жизни легковесного отношения,
  вызванного равнодушием, терпимостью, нежеланием связываться.