слепило, - сначала мы
  выпьем по чашечке кофе. Правда, Надя? Затем поговорим о наших делах. Сегодня
  утром мы уже продвинулись на несколько шагов.
   Он сел, спрашивая себя, не является ли способность к декламации в самом
  деле наследственной, как некоторые утверждают. Разве его отец в молодости не
  читал со сцены "Как листья" и в судебном заседании не держал в напряжении
  присяжных и публику?
   Марко Прандини, сняв пальто и устроив его на кресле, присел, положил на
  колено ежедневник. Из чемоданчика достал книжку для записи телефонов в
  темно-вишневой кожаной обложке с золотым обрезом. Он показал ее комиссару.
   - Тут записано все, что я делал с первого января. Вы довольны?
   Амброзио взял записную книжку и положил перед собой. Надя вошла с
  бумажными чашечками кофе на пластмассовом подносе.
   - Ваш без сахара, комиссар, и ваш тоже, синьор Прандини. А вам, Капитан,
  сладкий.
   - У нее прекрасная память, - добродушно улыбнулся Прандини.
   Амброзио внимательно перелистал книжку, остановившись на последней неделе
  февраля.
   - Из записей следует, что в конце февраля вы были в Милане.
   - Продажа недвижимости на проспекте Венеции.
   - Ночевали на улице Капуччини?
   - Тильда вам скажет, мы даже ужинали вместе.
   - Дома?
   - Нет, в ресторане на Джирарросто. Вернулись около полуночи. На следующее
  утро я уехал в Брианцу. Это отмечено. У меня была встреча с президентом
  крупной мебельной фирмы.