ая, раскрасневшаяся, она нервно
  комкала концы желтого шарфа, наброшенного на плечи.
   - Я целую неделю наблюдала за стоянкой. Представьте положение этой
  женщины, комиссар. Каждый день цветы и вазочку воруют, может, бездомные,
  голодные бродяги. В конце концов их можно продать кому-нибудь из прохожих и
  выручить какие-то гроши на обед. И каждый день с маниакальным упорством она
  приносит новые. Не растут ли в ее душе ожесточение, ненависть ко всем людям?
  Не только к тем, кто убил Ринальди, но и к тем, кто оскверняет его память...
   - Вполне возможно, - согласился Амброзио.
   - Во всяком случае о ее характере это говорит гораздо больше, чем мы
  могли узнать из бесед с нею.
   Они продолжали разговор в патрульной машине, пока медленно проезжали мимо
  остановки автобусов, идущих на Порта Тичинезе. Комиссар решил осмотреть
  дискотеку на Верфях, куда по субботам и воскресеньям приезжали Гаспаре
  Аддамьяно и Альдо Торресанто.
   В дискотеке еще было малолюдно. Она напоминала конный цирк после
  представления. Обшарпанный пол, облезлые стены. Остро пахло ацетоном и
  табаком.
   - Это как искать черную кошку в темной комнате, - сказал хозяин, которому
  они показали фотографии. - Каких подонков здесь только не бывает! - Он
  выразительно пожал плечами. Худенький человек с лошадиными зубами и
  лигурийским акцентом; тонкие усики подчеркивали оттопыренную нижнюю губу.
   - И все же,