ленного юноши, который пытался спасти товарища
  и себя после угрожающих телефонных звонков. Понимаешь, нужно найти способ
  выгнать из норы того, кто распределяет пилюли девятого калибра.
   - Любопытная идея, - согласилась Надя. - Как это вам пришло в голову,
  комиссар?
   Амброзио промолчал. Машина бежала в бесконечном потоке среди моря красных
  огней по улице 22 Марта.
   - Ну, а чем теперь заниматься мне?
   Он размял в пальцах сигарету, чиркнул зажигалкой.
   - Просмотришь старые газеты. Только очень внимательно и с определенным
  прицелом. Что ни говори, убиты трое бездельников, у которых на роже было
  написано: плевать мы хотели на вас, дорогие сограждане. Дорогие сограждане
  намотали это на ус. Не все, конечно, но некоторые. И, может быть, кто-то
  решил с ними разобраться. Вот такая моя версия, по крайней мере на сегодня.
  Не утверждаю, что она самая верная.
   Они въехали во двор квестуры.
   Начальник полиции ждал комиссара в своем кабинете. Амброзио со вздохом
  посмотрел на часы. Ему хотелось бы работать без учета своих выводов и
  сомнений, которые не всегда правильно понимались.
   Бесила необходимость дозировать предложения и поступки, чувствовать себя
  под неусыпным контролем. Одно дело участвовать в конкретном событии,
  разбираться с преступлением за столом, после того как пролистаешь газеты и
  все согласуешь с Римом, и совсем другое - следить за убийцами своими
  глазами,