ную
  тоску. Может, думал он, Эмануэла немножко склонна к мазохизму?
   - Ты скучаешь со мной? - спросил он, пробуя ароматное белое вино.
   Эмануэла обернулась, конский хвост на ее голове, стянутый ленточкой из
  вишневого бархата, подчеркивал тонкий нежный профиль: она напоминала ему
  фигурку на знаменитой картине Моне из бара Фоли Бержер.
   - Никогда.
   - Серьезно?
   - Какой мне смысл врать?
   - Конечно, какой смысл?.. Мне хотелось бы поехать с тобой на Капри, после
  сезона.
   - Я бы с удовольствием. Никогда там не была.
   - Хорошо, - сказал Амброзио, - я чувствую, что мы скоро поедем, обещаю
  тебе.
   - Съездим и в Сорренто?
   - Куда хочешь, Эмануэла.
   - Ты уже бывал там?
   Амброзио нравилось, что она ревнует.
   - У меня такое впечатление, что мне, возможно, удастся выгнать из норы
  нашего убийцу. - Он смотрел на огни улицы Чезаре Корренти. Из окна виден был
  дом Клары Орсини, которую много месяцев назад охраняли его сотрудники.
  Казалось, прошло столько времени, хоть на самом деле - всего ничего: одна
  зима, одна весна, одно лето... И его встреча с Анной', дочерью Клары,
  казалась далекой, словно приснившейся.
   Вся его жизнь была как бы разложена по ящичкам. Ящичек юности, учебы в
  лицее. Ящичек университетской жизни, потом женитьбы. Ящичек службы... Ну,
  этот еще заполнять да заполнять...
   - Ты не ответил на мой вопрос, Джулио.
   - Был ли я на Капри? Да, летом, было очень