- Да.
   - Это интересно.
   Де Пальма положил недокуренную сигару в пепельницу. Струйка дыма
  поднималась к потолку. Он следил за нею, прищурив глаза.
   - И что из этого следует? О каких новых преступлениях вы мне хотите
  рассказать?
   - Например, о двух убийствах в ночь карнавала. Два молодых человека,
  возможно, автомобильные воры, были застрелены в скверике в нескольких шагах
  от Мемориального кладбища.
   - Все из того же оружия?
   - Из того же армейского оружия.
   - Вот почему вы меня вызвали?! - протянул Капитан сквозь зубы. - Но нас
  ведь тысячи, кто имеет "беретту" девятого калибра.
   - Я не ищу "беретту". Ищу мотивы преступления.
   - Могу я помочь?
   - Возможно.
   Де Пальма, казалось, избавился от напряжения, откинулся в кресле,
  вздохнул, погладил рукой затылок.
   - Ваш друг Датури...
   - Он не был моим другом. Просто хороший знакомый, порядочный человек.
  Друзей я давно растерял. В Мармарике, в Тунисе, в Италии... Они мне и сейчас
  снятся, я и сейчас порой вижу их лица среди диких пиний, на красной земле
  эль-Фандии. Мы спали на маскировочных полотнах, а в черном небе было столько
  звезд...
   - Они погибли?
   - Все и ни за что.
   Сумел ли он победить в нем недоверие? Комиссар не был уверен.
   - Вы говорили, что после возвращения вас больше всего поразило
  безразличие общества.
   - Не только. Но все хотели учить тебя, никто не признавал, что сам