подумал,
  не разыгрывал ли он перед ним роль смиренного побежденного, у которого в
  глубине души бушуют неукротимые страсти. Он уже встречал раньше подобных
  типов.
   - Слишком уж она верит в сильнодействующие средства. В смертную казнь,
  например.
   - А вы нет? Или не видите, до чего мы дошли? Одно послабление за другим,
  одно разочарование за другим. Вы не отдаете себе отчета, что скоро нас может
  захлестнуть волна преступности?! Люди передвигаются ночью под защитой брони
  своих машин, на миг освещают фарами сцены разбоя, насилия и едут дальше, не
  замечая их, под ритмы идиотской музыки. И вам это нравится? Мне нет.
   - А что бы вы предложили?
   - Кто нарушает закон, должен понести наказание. Без всяких отсрочек и
  амнистий. Когда в Испании правил генерал Франко, вы думаете, кражи
  автомобилей были таким же обычным явлением, как сейчас? Ничуть не бывало! И
  знаете почему? Потому что мало кто соглашался годами гнить в тюрьме за
  дешевенький "фиат".
   - Синьора Датури говорила мне то же самое.
   - Я, как и она, - за смертную казнь, - отрывисто бросил Де Пальма. - В
  этом мы единомышленники.
   - Электрический стул, виселица, гильотина? - криво усмехнулся Амброзио.
  Де Пальма отрицательно покачал головой.
   - Я консерватор. Расстрел, как в добрые старые времена. По всей нашей
  стране разбросаны бесчисленные кладбища, где похоронены бедные
  двадцатилетние ребята, которые