емны. Пока комиссар подходил к домам, оставив машину на улице
  Толстого, рядом с большим магазином, он понял, что в домах в основном не
  квартиры, а учреждения. Он просмотрел таблички возле переговорного
  устройства. На одной стояла фамилия Орландо и заглавные буквы, обозначающие,
  вероятно, название фирмы.
   Амброзио нажал кнопку. Отозвался молодой женский голос. Он представился,
  объяснил, что должен несколько минут поговорить с ней.
   Из прихожей через большую комнату с двумя белыми письменными столами они
  прошли в другую, поменьше, с одним столом, заваленным бумагами, и
  креслом-вертушкой. На стенах висели несколько репродукций венецианских
  эстампов и металлическая рамка с фотографией: трое в лыжных костюмах.
   Рената села за стол, показала ему на другое кресло. Волосы у нее были
  светлые, с золотым отливом, при свете лампы кожа лица казалась розовой,
  почти прозрачной, капризные губы ярко накрашены. Большие серо-зеленые глаза
  смотрели на Амброзио настороженно, неулыбчиво.
   - Ваши дети? - комиссар кивнул на фотографию.
   - Да.
   - Мне о вас рассказывал Капитан. Вы, похоже, служите в этом учреждении?
   - Я много лет была секретаршей у синьора Де Пальма, потом он помог мне
  открыть собственное дело. Я занимаюсь связями с клиентами, рекламой, другими
  проблемами, естественно, от имени старой фирмы.
   - Сколько у вас здесь работников?
   - Трое, с бухгалтером и секретарем.