подписью", - они так
  и сделали.
   - Ты спросила, когда они получили письмо?
   - Мы посмотрели почтовый штемпель. Кажется, седьмого марта.
   - Почему кажется?
   - Трудно разобрать, могло быть и первое марта. Но скорее всего - седьмое,
  это как раз на следующий день после убийства Джино Фруа, наркомана.
   Амброзио не сомневался в том, кто автор письма в "Джорнале". Конечно же,
  Де Пальма. Ну, что же, значит, надобность еще в одном разговоре с ним
  возникла куда быстрее, чем комиссар об этом думал.
   Приказав принести дело об убийстве Этторе Ринальди, он бегло просмотрел
  его, достал фотографии и, кивнув Наде, вышел к машине.
   Надя привычно села за руль, Амброзио откинулся на сиденье и закурил
  сигарету. Еще раз внимательно просмотрел фотографии, сделанные на следующий
  день после Сан Стефано. На них был труп человека в темном пальто,
  распластанный на мокром асфальте между двумя автомобилями. Его шляпа
  валялась рядом, руки были неестественно раскинуты, как будто не принадлежали
  ему. Амброзио поразил старомодный каракулевый воротник пальто:
  чувствовалось, что оно верно служило своему хозяину не один год. Пальто с
  таким воротником когда-то носил и его отец. Кстати, у старика было несколько
  палок для прогулок. Комиссар вспомнил одну, с набалдашником из слоновой
  кости, круглым, гладким, его было так приятно держать в руках.
   Надя уверенно лавировала в потоке машин.