аха. Колом можно его к земле прибить, не будет вставать и
  ходить. А чесночный запах, что ладан, гонит нечистую силу назад, в свое
  место.
   Говорят еще старухи, что каждый вурдалак имеет свое укромное место, где и
  должен каждый день полежать мертвецом, - это ему так от Бога положено, вроде
  как запрет. А остальное время он может прикинуться чем хочет, животным ли,
  птицей ли. На то он и оборотень, - ораторствовал Петро.
   Сторожку я уничтожил, свез на дрова, в церковь; кол забил, чеснок скоро
  зацветет, а "он".., все озорничает... - печально окончил старик.
   - Что делать? Привез дьявол из Америки старого графа да проклятое
  ожерелье, с которого и болезнь к нашей графинюшке прикинулась; нет ли тут
  закорюки?
   Как, по-вашему, доктор? - и Петро пытливо посмотрел на меня.
   - Не знаю! - пожал я плечами.
   Вот что я надумал, - продолжал Петро. - На каменный гроб старого графа
  положу крест из омелы, говорят это хорошо, да кругом навешу чесноку, а вот
  вы, от имени графа, скажите всем слугам, что склеп будет убирать один Петро,
  и ходить туда запрещено-де, а то озорники все поснимут, да и разговоров
  наделаешь. А надо все в тайне, чтобы "он" не догадался да не улизнул.
   Я обещал.
   Петро усиленно принялся за изготовление креста.
   За те дни, пока он возился, на деревне умерло двое детей и у нас на горе
  мужик-поденщик.
   Наконец все