свою лысую
  голову, стонал, что чуть не пропустили такого важного документа благодаря
  его заявлению.
   - Сам не знаю, почему я решил, что там ничего нет, - говорил, чуть не
  плача, обескураженный старик.
  
  ИСПОВЕДЬ АЛЬФА
  
   Гарри начал:
   "Дорогой Карло, нам надо наконец объясниться. Настоящее положение
  становится невыносимым, я не раз пытался заговорить с тобой, но ты
  ускользаешь от меня. Сначала я это приписывал случаю, теперь же ясно вижу,
  что это не случай, ты бежишь от меня, от объяснений. Волей-неволей
  приходится прибегать к письму, что я и делаю.
   Карло, милый, ведь мы друзья детства. Дружба наша тянется не один год.
   Мы не можем разойтись с тобой так, из-за ничего. (Каюсь, я порывался
  уехать, не поговорив с тобою.) Зачем недомолвки, хождение кругом, будем
  говорить прямо и просто.
   Ты меня ревнуешь к своей невесте, не отрицай. Но в уме ли ты?
   Я кабинетная крыса, бедняк, с строгими взглядами на отношения к женщинам.
  Помнишь, как вы все, товарищи по коллегии, смеялись надо мной.
   Твой лучший друг и изменю всем и всему и буду отбивать у тебя любимую
  женщину, невесту.
   Скоро разбирая свое поведение, я, положа руку на сердце, не могу себя
  упрекнуть ни в одном слове, ни в одном нескромном взгляде. Клянусь тебе.
   Все же я не могу вполне и тебя обвинить. В Рите есть какая-то перемена и,
  прости