Вдруг раздался страшный крик. Мы бросились в комнату Риты, но это кричала
  не Рита, а старая Цецилия.
   Рита же лежала на кушетке, вся вытянувшись и закинув голову назад.
   Я бросился к ней, она тяжело открыла глаза и снова сомкнула их; думая,
  что ей дурно, я поспешил налить в стакан воды, но в ту минуту, когда я
  приподнял ее голову, чтобы дать ей напиться, она снова взглянула на меня,
  и... это в первый раз - мне показался ее взгляд.., странным, что ли.., в нем
  было что-то манящее, любовное... Она тихо прошептала:
   - Поцелуй меня.
   Испуганный, не отдавая себе отчета, я наклонился и поцеловал ее в губы...
   В ту же секунду она откинулась, тяжело вздохнула и впала в летаргию, или,
  как мы тогда сгоряча думали, умерла.
  
  ***
  
   Наклонясь еще раз, я невольно отшатнулся, лицо Риты сделалось злым, зубы
  оскалились и казались длинными, это была не та Рита, которую я знал, а
  чужая, злобная. Вскоре это выражение сменилось тихим и спокойным, такой ты
  ее и застал.
   Ты помнишь, как мы все тогда потеряли головы и я, не то что скрыл, а
  прямо забыл сказать тебе о поцелуе.
   Затем начались приготовления к похоронам, перенесение тела в капеллу,
  твое, да и общее наше отчаяние.
   Тогда же, по твоему желанию, закрыли салон Риты, где она умерла, и
  второпях забыли там бедную канарейку, а затем внезапное воскресение или
  оживление,