овать, не может мне принадлежать: его оберегают! - криво
  усмехнулась она.
   Согласись на мою любовь, и я тебе открою тайны, каких не знает никто; я
  унесу тебя высоко-высоко, лунный луч будет нашей дорогой, а в час покоя мы
  будем сладко спать!
   А какое наслаждение пить горячую теплую кровь, а с нею и вечную жизнь!
   - продолжала она.
   Я с ужасом отшатнулся!
   Уже с первых слов Риты мне показалось многое странным в ее словах и
  обещаниях и я со страхом убеждался в том, во что до сих пор не хотел
  верить...
   Получив от тебя письмо о том, что твоя мать, по словам старого доктора,
  была вампиром, я заинтересовался этим поверьем и купил старинную, латинскую
  книгу, трактующую о ламиях, "не мертвых" и т, п.
   Поштудировав ее немного, я, конечно, отбросил ее в сторону, не мог же я
  тогда верить во всю эту чушь, не мог не считать все вымыслом. А ведь
  странности твоего старого доктора, его разговоры только еще больше укрепили
  мое мнение. Я был убежден, что вся история с вампирами бред его больной
  фантазии. И вот теперь эта фантазия встала передо мной во всем своем ужасе
  правды!
   Я понимал, что Рита любит и под влиянием чувства открывает мне многое,
  что не должно быть ранее открыто, или, быть может, она так верит в обладание
  мной, что уже не стесняется.
   Она сама вампир, ее погубил или, как она выражается: "призвал