л прав - день выдался неудачным.
  Дэмьен подошел к собакам, наклонился и попробовал заглянуть в нору. А
  когда поднял голову, то увидел идущего в его сторону молодого монаха с
  кинжалом в руке. Дэмьен медленно распрямился, заметив, что монах запер за
  собой ворота с одной стороны виадука. Резко обернувшись, Дэмьен увидел,
  что и на противоположной стороне моста медленно закрылись ворота.
  Седобородый монах, двигающийся к нему верхом на лошади, тоже сжимал в руке
  кинжал.
   Дэмьен окаменел. Его поймали в ловушку! Но как, как они могли это
  сделать, как могли угадать, куда именно побежит лисица? Однако времени на
  размышления не оставалось. С обеих сторон к нему приближались вооруженные
  кинжалами монахи.
   Вглядевшись в лицо старца, Дэмьен отметил, что на губах его играет
  победная улыбка. Всадник и лошадь были не дальше, чем в десяти ярдах от
  него, когда Дэмьен перевел взгляд на кобылу и пристально, не мигая, стал
  смотреть в глаза лошади. Он нарисовал в воображении страшный финал погони
  шакалов за лошадью: вот они настигают ее, впиваются зубами в ляжку, виснут
  на боках до тех пор, пока она не падает на колени. Ноги лошади изодраны в
  клочья, а шакалы яростно рвутся к животу, выгрызают куски мяса, терзают
  внутренности. Лошадь бьется от боли, угасающим взглядом обводя тварей с
  окровавленными пастями, пожирающими ее живую плоть...
   Кобыла под Антонио вдруг резко остановилась, не