. Хатчинс поперхнулся
  от волнения, когда черный огромный вертолет, мигая посадочными огоньками и
  кружась над ними, начал снижаться и опустился на берег в каких-нибудь
  пятидесяти ярдах от толпы. Хатчинс хотел было двинуться вперед, но остался
  стоять на том же месте.
   Теперь он уже видел его, задержавшегося на мгновение в проеме
  вертолетного люка. Хатчинс внезапно задохнулся и тут же почувствовал, как
  медсестра прижалась к нему, ее ладонь коснулась его руки.
   Дэмьен спрыгнул на берег и стоял неподвижно, ожидая, пока вертолет,
  взлетев, покружится над морем и исчезнет за горизонтом.
   Воцарилось молчание. Дэмьен возвел руки к небу. - Ученики Царя Ночи!
  - прокричал он. - Я стою перед вами от имени единственно подлинного бога -
  князя Подземной империи, сброшенного с небес, но ожившего во мне.
   Он помедлил, затем продолжал: - Вы слышите меня?
   Каждая женщина, каждый ребенок и каждый мужчина в один голос
  ответили:
   - Мы слышим и подчиняемся. Свет маяка вновь достиг скал, выхватив из
  тьмы лица, застывшие в
  немом повиновении и страхе. В этом неясном свете Хатчинс на мгновение
  уловил выражение лица своей соседки: глаза горели возбуждением, губы были
  влажными.
   - И теперь я вам приказываю, - опять раздался громкий голос Торна, -
  найти и уничтожить младенца - Назаретянина.
   Медсестра ближе придвинулась к Хатчинсу. - Убейте Назаретянина, и я
  буду царствовать вечно. Если