ула Кэрол, наклоняясь к тротуару и
  подбирая игрушку. Погремушка была в пыли, но женщина сунула ее в сумку.
  Малыш замахал ручонками.
   - Саймон Джеймс Фрезер, - нарочито серьезно произнесла Кэрол, -
  ведите себя прилично.
   В ответ ребенок что-то пробубнил, и мать рассмеялась. Никогда еще
  Кэрол не была так счастлива, как теперь. Через два месяца Тони уйдет в
  отпуск, и они снимут виллу на Корфу. Будут валяться на пляже и впитывать в
  себя солнце.
   - И ты станешь толстым и загорелым, - обратилась Кэрол к сынишке. -
  Пухленький Саймон.
   Розовая ножка высунулась из-под одеяльца, Кэрол пощекотала пяточку,
  спрятала ее под простынку и развернула коляску, чтобы идти дальше.
   Вдруг что-то мелькнуло у нее перед глазами и стукнуло по плечу. Кэрол
  застыла на месте и завизжала от ужаса. Откуда-то сверху спускалась
  бечевка, и к ее концу, вверх лапками, была привязана серенькая белочка с
  перерезанной глоткой.
   Кэрол отпрянула и в страхе оттолкнула трупик, всего на какое-то
  мгновение выпустив коляску из рук. Но этого было достаточно. Коляска
  стремительно покатилась под уклон. Малыш продолжал весело махать матери
  пухленькими ручонками и улыбаться.
   Кэрол бросилась вслед за коляской, но не успела схватить ее. Она
  побежала, пытаясь на ходу скинуть туфли на высоком каблуке, мешавшие бегу.
  Коляска неслась все быстрее и быстрее. Кэрол споткнулась, упала на колени,
  тут